Добро Пожаловать

Катя Капович 

Новые стихи

 

 

Ласточки

 

В Новой Англии, в злом Париже

в голубой предвечерней мгле Р

вы в предгрозье немного ближе

к роковой, ледяной земле.

 

Голоса, голоса весталок,

вдруг Р небесный треск,

если б мира вовек не стало б Р

этот медленный блеск.

 

Солнце огненное погасло,

что сияло здесь без конца

так вот радостно и напрасно

среди тусклого хаоса.

 

Так напрасно, нещадно солнце,

неужели же ровно так

вы к земле припадете плоской,

или чтобы озвучить мрак?

 

Недотыкомка и горемыка,

чтобы среди небытия,

среди грусти и тьмы великой

шла однажды на звуки я.

 

 

***

С базара тащится усталая семейка,

купили, чтоб наполнить животы,

два фунта белого мороженого хека,

из сетки от него торчат хвосты.

 

Два фунта в небазарный день дешевый

сорвали по заниженной цене,

чтобы зажарить моря дар белковый

на маслице в чугунном чугунке.

 

И по жаре несут в законную каморку

они свой скромный утренний улов,

два фунта мерзлой рыбы-безголовки,

все из сиянья белых-белых льдов.

 

 

***

Я есть кость, застрявшая в горле,

русский бред в жиро-мяса-подкорке,

надпись Звек не видатьИ белой воли,

окись синей, короткой наколки.

 

Клетка мозга, пустившая опухоль,

где немецкий доктор орудовал,

на болящую голову воду лил,

белым снегом и ватой укутывал.

 

А что кровь он пустил под конец,

он ведь спец этих огненных специй,

дайте скальпель ему, огурец,

положите на лоб полотенце.

 

 

***

В парикмахерскую заявилась

и в крутящееся уселась,

как велит простая цивильность,

превратилась в окаменелость.

Р Остригите меня наголо,

чтобы было легко и светло,

так светло, как в картинках Ватто

далеко, далеко, далеко.

В мыльных шариках, в блеске лучей

в день, звенящий медовой пчелой,

так легко, словно пух с тополей

при соприкосневнье с щекой.

 

 

***

Грею руки, руки согреваю

чашкой чая с теплым молоком,

а на чашке made in China,

на фаянсе сине-голубом

 

нарисована желтушная ромашка

и букашка в голубой глуши,

вспоминаю, что купила чашку

я в китайской лавке за гроши.

 

Помню только солнце в пыльной раме,

муху-цекотуху на стекле,

я ее возила ведь годами,

чашку, раму, даже пыль в луче.

 

Даже эту муху сквозь столицы,

даже и щербинку на зубах

у считавшей деньги продавщицы,

дальше ничего не помню так.

 

 

Прогулка по Петергофу

 

Как императрица с Дидро,

отяжелевшая, толстая,

убившая мужа свого,

в хрустальное утро морозное

проходит сквозь свой Петергофф,

беседа про моды, про климат,

про то, что холоп есть холоп

и что просвещение Р выход.

 

Так видятся эти следы

на свеженастеленном снеге

и сосен большее кресты,

как виселицы на рассвете,

и этот нависший топор,

чтоб всех расчесать на пробор.

 

История русская Р мышь,

слизнувшая жирное сало

для смазки кухаркиных лыж,

а нам возвращаться, пожалуй.

И вот мы дорожкой идем

и царские смотрим игрушки,

стрелялки, пугалки, хлопушки

и речку под розовым льдом.

 

 

***

Ходит голубь по карнизу,

а писатель ходит снизу,

хочет что-то написать,

так сказать.

 

Как реле, сдвигает брови,

никого не будет в доме,

только голубь городской

над доской.

 

Помогай же, божья матерь,

возвернуться с неба наземь

и подумать на предмет

этих лет.

 

Быстро длится проволочка,

пред дорогою отсрочка,

голубей почтовых, чай,

запрягай.

 

 

***

Перочинный ножик, вжик-вжик,

так и жизнь твоя пробежит,

так и жизнь твоя пропоет

лето красное напролет.

 

На коротенький разговор

утомительный дней базар,

остальное всё перебор

как бы долго жить приказал.

 

 

Леонардо делает набросок туловища коня

 

Ногу коня он рисует и туловище

множество раз,

конь прискакал к нам из светлого будущего

для утешения глаз.

 

Конь прискакал к нам из белого облака,

солнца Италии, мраморных скал,

эту картинку бы пальцам потрогала,

долго он, знаешь, ее рисовал.

 

Множество дней повторял эти линии,

до основанья стесал карандаш,

чтоб возвести и холмы эти синие...

Я бы ушла с головою в пейзаж.

 

Там совершенства великая фабрика,

школа терпения, как у травы.

Я бы летела подобием всадника

без головы.

 

 

***

Где мудрость не поможет Соломону,

Сократа демос мелочный предаст,

и верность не искупит Дездемону,

поэзия спасет пустяшных нас.

 

Так, ничего не делая по сути,

поблескивая белой скорлупой,

так никого не выведя с распутья,

плывет луна средь дымки перьевой,

 

ныряя и выныривая снова,

так далеко от тщения земного...

 

 

***

Кровати мятой на краю

разваренные ем пельмени

и Шкловского благодарю

за злое слово ЗостраненьеИ.

Пусть побеждают они зло

добром в убийственном металле,

коль так им в голову взбрело,

но мы устали. Мы устали.

А от чего и как Р ответь,

да как-то в общем, где-то в целом,

лишь эту маленькую смерть

не отдадим мы лицемерам.

Лишь этот свет и эту тень,

интеллигентскую гримаску,

как быстро прогорает день,

как долго в миске тает масло.

1Содержание

Новости и Объявления

Обьявления

На сайте были опубликованы обязательные требования к авторам "Нового Берега".

На нашем сайте публикуются В ПОЛНОМ ОБЪЕМЕ романы и повести, фрагменты которых опубликованы в Журнальном Зале.

Новости

Новый номер на сайте

Сегодня был опубликован 65й номер журнала.

2019-06-13
Новый Номер

Сегодня был опубликован 64-ый выпуск нашего журнала.


В связи со скорым закрытием Журнального Зала, все дальнейшие публикации журнала будут происходить исключительно на нашем сайте.

2019-05-13
Новое на сайте

Сегодня был опубликован 63-й номер журнала.

2019-04-29