Добро Пожаловать

Евгений Коновалов

Стихотворения

 

 

***

                       …weiß ich nicht und wozu Dichter in dürftiger Zeit?

                                                                                   F. Hölderlin[1]

 

Майская ночь оглохла от рёва

мотоциклетного, пьяных рапсодий,

музыки в стиле там-там.

 

Крашеные наяды в айподах

сетью уловлены, – блики на лицах,

водоросли из ушей.

 

Город до смерти пугает того, чьё

предназначение – петь в кипе листьев,

что же ему – замолчать?

 

Век суррогата, эрзаца, террора

имя его забывает, а голос

путают на площадях.

 

Мир не нуждается в нём, но нечто

большее переполняет сердце

и окликает его.

 

Всё – благодарное счастье ответа,

фиоритуры, строфы, коленца,

щелканье, цоканье, стих.

 

 

***

 

Лило так долго, что и небеса

опустошились к этой октябрьской ночи,

и на мокром асфальте легко написать

звёзд мигающие отточия.

 

Только ветер неистовствует во всю

мощь своих натруженных лёгких,

бывалый повытчик заходит в суд,

улики листвой присыпав ловко.

 

Записной мошенник куда горяч,

обирая почтенных отцов семейства

тополиных, а после забытый мяч

катает и не боится мести.

 

Как прозрачен утренний сад,

где, устав уже с осенью бороться,

дворники оранжевые стоят

перед изжелта-бурым своим сиротством.

 

 

***

 

Осень в сердце свила гнездо

и уже не слушает утешений

от воды с облаками, не то

гонит перистых в шею.

 

Листопад обернулся плащом ли, плащ

распахнулся во всю аллею.

Больше воздуха в грудь, не плачь

там, где клён от стыда алеет.

 

Больше призрачной веры! Пусть

всё гниёт, скукоживается, глохнет,

до корней промерзает горящий куст,

смертный пот застилает окна.

 

Больше сложности – на людском пиру,

простоты – у осени в средоточье.

На троих две липы с собой берут

в плаванье за истиной полуночной.

 

Нет у жизни отклика, ни перста

в небесах. Но на скорлупке судна

мачты всё возвышеннее, когда

безответны. Вдвойне – абсурдны.

 

 

***

 

Джо Дассен в подземном переходе.

В полушубке на снегу Вивальди.

Мусоргский ночует у ларька.

Зёрна нот при пятничном народе

расцветают на асфальте,

спрыгнув со смычка.

 

Сердце стынет, пальцы коченеют.

Бесталанность родненькая снова

под руку берёт наедине.

Ложе Волги сквозь огни чернее

хмурой ямы оркестровой

с горечью на дне.

 

Сам себе бормочешь: «Человече,

дни свои каким зерном наполнить,

чем талант неверный оправдать?»

В рот набрал воды ноябрьский вечер,

и муаровые волны

музыке подстать.

 

 

***

                                                                   Е. С.

 

Больше светлой печали, ещё

одиночества под небесами

спелой осени – в счёт

неслучившегося между нами.

 

Сентябрём раскрашенные листы

объясняют на пальцах

до утра: «Всё уходит, лишь ты

корчишь тут постояльца».

 

Не ученье ли смерти кругом,

не намёк ли заботливой силы,

заходящей в прижизненный дом

школяров легкокрылых.

 

Вот и аудитория лип

умолкает, готовясь

различать в выражении лиц

той же силой внушённую повесть.

 

Что ещё дано разглядеть,

как ещё подружиться с разлукой

там, где ливня хлещется плеть

в обнажённой разрухе?

 

Сам себе – лес озябших трущоб,

но и там любовь отвечает

с обречённым бесстрашием, а ещё

лучше – светлой печалью.

 

 

Роспись кувшина

 

Так мальчик голубиной шеей заворожён,

так атлеты бегут по стадиону амфоры,

так на аэродром садится алюминиевый дракон

развёрнутой во времени и пространстве метафорой.

 

Инструмент ли ты языка,

копьё ли, брошенное одиночеством

в небеса и летящее слепо

к неизвестной цели? – Примериваться, пока

ледяная безлюдная ночь черства

горбушкой чёрного хлеба.

 

Только зрелищ! Запоминать, как просвечивает наряд

осеннего клёна – обряд похоронный, – мурашки по веткам,

как тени от слов на листах дрожат

под мистическим ветром.

 

Вот она наступает по всем фронтам,

в руках у неё города и эпохи

дышат любовью, гневом, алыми

сполохами битв, – а писаки нам

плачутся, как дела её плохи.

 

Поэзия не следит за журналами.

 

Ей важней, что липовый отряд

в белых гетрах на запах бежит к сирени;

что бродячие псы исподлобья на прохожих глядят

с мученическим смиреньем;

что однажды шагнул – и нет пути назад

по канату сплетённых стихотворений.

 

Воздух обнял – и шею готов сломать,

истребитель заходит на цель, от восторга

с ужасом одуревши, – а всё не стать

молодеющим ангелом Сведенборга.

 

Время расправляет пергамент

и показывает то прах, то дым

зазывалой-фокусником – на устах елей, –

обманывая старцев полигамной

славой, давая на чай молодым.

 

Поэзия не помнит своих создателей.

 

Всех делов-то – поднимать себя за

клок волос – фотосинтез по выдаче

в две горсти, – чтобы солнечная фреза

контур тёмного смысла могла выточить.

 

На распродаже подержанных факелов получать

удостоверение в испытанной благодати;

или знать, как посмеивается сквозь печаль

несговорчивый демон Сократа;

или стать сосной, горящей в лучах

своего заката.

 

Ночью топорщатся иглы на голове,

утром хлебнул росы и забываешь, кто ты, –

не пророк, но уверовавший в себя человек

обживает родные пустоты

молчания да ереси.

 

Поэзия не прописана в мире сем.

 

Всё гостит друг у друга. Ради Бога,

обойдёмся без бога – строк, полей,

откровений. В такой дыре

мудрено отыскать к нему дорогу,

одной ногой в античном акрополе,

другой – в буддийском монастыре.

 

Переполняет чернильная вода

кувшин из белого дерева,

раз навсегда –

разбей его.

 

 

***

 

Ничего не подскажет страница,

полно плакать и нечем гордиться

перед синью пустынных небес,

где саднит реактивный порез.

 

Назови эту местность востоком,

но пророка тут нет, лишь восторгом

оживляется в пику врачу

весть овсянки навстречу грачу.

 

О явлении солнца во мраке.

О бессилии слов и бумаги.

О сомненье на донышке глаз

Бога, спящего в каждом из нас.

 

На краю просветлённого снега

не гранитом застыть, а побегом

ивы над безымянной водой,

уносящей цитаты с собой.

 

 

 



[1] … и к чему поэт в скудное время?

                                               Ф. Гёльдерлин

1Содержание

Новости и Объявления

Обьявления

На сайте были опубликованы обязательные требования к авторам "Нового Берега".

На нашем сайте публикуются В ПОЛНОМ ОБЪЕМЕ романы и повести, фрагменты которых опубликованы в Журнальном Зале.

Новости

Новый номер на сайте

Сегодня был опубликован 65й номер журнала.

2019-06-13
Новый Номер

Сегодня был опубликован 64-ый выпуск нашего журнала.


В связи со скорым закрытием Журнального Зала, все дальнейшие публикации журнала будут происходить исключительно на нашем сайте.

2019-05-13
Новое на сайте

Сегодня был опубликован 63-й номер журнала.

2019-04-29