Добро Пожаловать

 Борис Херсонский

 

 

 


Либретто для Стравинского


Стихи

     

    Пульчинелла

    Нечестивец Везувий – что за красота!
    Между бухтою и небом – хоть черту проведи.
    Здесь поют мадригалы по слуху и с листа.
    Словно птичка, сердечко в девичьей груди.
    Любовная история забавна и проста:
    Маска-Пульчинелла нос огромный впереди.

    Красный нос, мясистый, висит по временам,
    а порой поднимется на потеху нам,
    расправляет пышный гребень, краснеет как рак.
    Пульчинелла – горбун, и к тому же – дурак.

    А на площади златой чудо-дерево растет.
    Рядом ядом торгует старичок-еврей.
    В доме слева Тарталья интриги плетет,
    в доме справа Доктор вскрывает чирей.
    Доктор – дрянь, а Тарталья – мошенник еще тот,
    оба растят беспутных дочерей.

    Дочкам ветреным любезен Пульчинелла-баловник,
    кавалеры точат ножи на горбуна.
    Чтобы умереть, у Пульчинеллы есть двойник,
    чтоб восстать из гроба – благодать нужна.

    Карнавальная история – Господи, прости,
    горбун передразнивает Твой великий путь.
    Говорят, паяцы у Тебя не в чести.
    Позабавься, с нами хоть немного побудь.

    Погляди, как носатый обманул Врага!
    Зря ему приятель сколачивал гроб!
    Тут-то Пимпинелла и накажет дурака
    и украсит рогами шишковатый лоб!

     

    История Солдата

    Где теперь та война?
    Принцесса – исцелена.
    Проданы ордена.
    Пляшет черт под скрипку солдата –
    не смолкает она.

    Пора подвести итог:
    не пустила мать на порог.
    Друг узнать солдата не смог.
    Черт выделывает коленца,
    не покладая ног.

    Друг – колхозный пастух,
    сынок у него – лопух,
    не сосчитает до двух.
    У матери сморщилась кожа,
    как у прочих старух.

    По песочку течет река.
    Плачет в тюрьме зека –
    по зазнобе взяла тоска.
    А солдат играет на скрипке,
    и черт не устал пока.

    В трубы трубит завод,
    рабочих на труд зовет,
    будто нету иных забот –
    отравление атмосферы,
    загрязнение вод

    Я там был, а пива не пил,
    на бутылку за жизнь не скопил,
    свет очей – и тот мне не мил.
    Все ходил, согнувшись, ни разу
    спину не распрямил.

    Все – навыворот, все – вверх дном.
    Под проценты заложен дом.
    Деньги пропиты честным трудом.
    пляшет черт, а скрипка играет –
    жизнь идет своим чередом.

     

    Соловей

    Императору в правое ухо щелкает механический соловей,
    в левое ухо пускает трели ему соловей живой.
    Почувствуй разницу, прислушайся, осоловей,
    но мешает охрана и вой собаки сторожевой.
    Император известен тем, что казнил пятерых сыновей,
    последнего сам зарубил – ему не впервой.

    Во дворце императора много механического добра,
    придворные автоматы разливают зеленый чай.
    Трещи, заводной соловушка из чистого серебра,
    и ты, из перьев и клювика, тоже пой, не скучай.
    о том, как в Китае упоительны вечера,
    как милая смотрит искоса, невзначай.

    К вечеру у императора появляется сильный жар,
    кашель, озноб, лихоманка, падучая, корча, спазм.
    Мало ли что случиться может от соловьиных чар.
    Река Чей Мозг впадает в море Ма Разм.
    Палач снимает голову с плеч, как со свечи нагар.
    В воздухе носится пыль и вредоносный миазм.

    Хорош заводной соловей, да и живой неплох.
    Щелкай себе до утра, щелкай – и всех-то дел.
    Но сломалась пружинка у заводного, а живой соловей издох,
    поди, узнай теперь, кто кого перепел.
    Император остался единственным из перечисленных трех,
    который не умер, а значит – напрасно болел.

    Говорят, что пенье живого от сердца идет,
    а пение механического – из дурной головы.
    Кто сказал, что от сердца – безусловно не идиот,
    те, кто сказал, что из головы – тоже были правы.
    Лучше жить не опасаясь ни, войны, ни забот,
    как неизвестная птичка средь безымянной листвы.

     

    Игра в карты

    Четыре туза легко побивают четырех дам,
    чтоб не сказать – покрывают. Сладким трудам
    любви обычно предшествует предварительная игра.
    Хрусталь, шампанское, ананасы, икра.

    Сигарный дым, как занавес, затуманивает казино.
    Колода должна быть крапленой, зеленым – сукно.
    Карты умеют плясать. Композитор глядит в окно
    и видит Санкт Петербург, Эрмитаж, все что давно

    проглочено большевиками. Как только не вспучит их!
    А здесь карнавал, взлеты ракет, шутих,
    балет в трех сдачах. Остановимся на второй.
    Пики с пиками наперевес. Джокер – главный герой.

    Джокер – тот же черт, большевик, старичок
    с острой бородкой, в пенсне, фрак, как зеленый стручок.
    Сапоги со шпорами. Штаны-галифе.
    Пики в пику пьяны. Джокер сам – подшофе.

    Переходят в атаку червы. Все станут добычей червей.
    У оркестровой ямы,. немного правей
    стоит печальная дама, задыхаясь от слез:
    ах, Игорь, я скоро умру, сам знаешь, туберкулез.

    Сам знаешь – одышка, кашель, свет мутнеет в очах.
    Ах, Игорь, я скоро умру. У тебя самого – очаг.
    Джокер знает, сумеешь ли выжить, но если Бог приказал,
    живи и помни. Балет окончен. Пустеет зал.

     

    Поцелуй феи

    баба с ребенком бредет незнамо куда
    все как положено мороз сугробы метель
    эльфы ей приготовили кровать из чистого льда
    из белого снега на льду постелили постель

    а фея мальца поднимает на руки и прямо в лоб
    целует потом платком утирает холодный рот
    и укладывает ребенка в самый высокий сугроб
    спит младенчик в снегу и смерть его не берет

    и снятся мальчику вечные холода
    вне пространства и времени площадь и башня на ней
    на шпиле цветет сияет рубиновая звезда
    до самых краев земли до окончания дней

    и ледяные дети смеются играют в снежки
    и полупрозрачный поп с двумя венцами в руках
    а вот и невеста снежная а вот и ее дружки
    в золоченых камзолах и напудренных париках

    а вот и гости толпой и прорезая толпу
    разрывая сон снежная фея метет пургой
    и склоняется перед спящим и целует его стопу
    ударяется оземь оборачивается каргой

    и говорит малышу что она его родина мать
    что он будет безмерно счастлив и бесконечно красив
    а малыш упрямится и не хочет глаз поднимать
    а она перед ним на коленях стоит губу закусив

     

    Петрушка

    На персидском ковре спит деревянный Арап.
    В паху у арапа живет греческий бог Приап.
    Далеко из спальни арапа разносится громкий храп.

    Балерина пляшет, трубит труба, гремит барабан.
    Балерина крутится-вертится, арап лежит как чурбан.
    Честнее было бы в лоб ему залепить шелобан.

    Зря Балерина выгибается перед Арапом дугой.
    Зря машет над ним пластмассовой белой ногой.
    Сердце и похоть Арапа отданы кукле другой.

    Повернешь ее, она ресничками хлоп-хлоп!
    Говорит Петрушке: пошел ты на хер, холоп!
    В эти места ведет немало нехоженых троп.

    А на площади-то гуляния, играет "Разлуку" гармонь.
    В бородатые головы бьет половой гормон.
    Где же Петрушка, куда подевался он?

    Да вот он, убитый, сидит в гнилом кабаке.
    Граненая рюмочка подрагивает в тряпичной руке.
    Бутафорская кровь по скатерке течет, подобно реке,

    стекает на пол, лужа контуром напоминает Каспий или Азов.
    Петрушка зовет Балерину, но она не идет на зов.
    Балерина – Арапу, Петрушке не видать подобных призов.

    Баба кровь замывает тряпкой, а ты зубы сцепи.
    Зад у бабы – огромен, а ты – смотри и терпи.
    По площади водят медведя, как положено, на цепи.

    Гармонь играет "Разлуку", шарманка – что-то свое,
    про нашу сердечную муку, про кукольное житье.

     

    Жар-птица

    Поганое царство спит, повернувшись на правый бок.
    Окаменевшие витязи образуют забор.
    Жар-птица клюет золотые яблоки. Это – балет-лубок,
    Иван Царевич, Девица-Краса, усадьба, сосновый бор. .
    Следствие разматывает злодеяний клубок.
    Иван Царевич пером Жар-Птицы подписывает приговор.

    Повоевали на славу. Иван совсем облысел.
    Бородка клинышком, жилетка, проницательный взгляд.
    Девица-краса отечна, бледна, как мел.
    Щитовидка не пашет. К ночи коленки болят:
    лишний вес – не радость, вот – артроз одолел.
    Глаза такие, как у молочных телят..

    Девица-Краса пережила Ивана на много лет.
    сидит в роговых очках, в четырех стенах,
    Только Жар-Птица все пляшет – не может забыть балет.
    Но зал совершенно пуст, представьте, увы и ах!
    Иванова кожа выдублена и натянута на скелет,
    лежит в хрустальном гробу, как память о тех временах..

    Но мы сокрушили поганое царство!– ему вовек не восстать,
    И как так нам удалось – никто вовек не поймет.
    убрали из азбуки лишнее – и с точкой, ижицу, ять.
    Колосится пшеница-рожь. Текут молоко и мед.
    Только Жар-Птица не устает над нами летать:
    то огненны перья роняет, то известковый помет.

1Содержание

Новости и Объявления

Обьявления

На сайте были опубликованы обязательные требования к авторам "Нового Берега".

На нашем сайте публикуются В ПОЛНОМ ОБЪЕМЕ романы и повести, фрагменты которых опубликованы в Журнальном Зале.

Новости

Новый номер на сайте

Сегодня был опубликован 65й номер журнала.

2019-06-13
Новый Номер

Сегодня был опубликован 64-ый выпуск нашего журнала.


В связи со скорым закрытием Журнального Зала, все дальнейшие публикации журнала будут происходить исключительно на нашем сайте.

2019-05-13
Новое на сайте

Сегодня был опубликован 63-й номер журнала.

2019-04-29