Добро Пожаловать

Егор Кирсанов

 

* * *

что там в тебе морзянка

подземный жар
некрасива отвесна сидит любовь
большими руками гладит по голове
потеряла сына нашла тебя теперь

никуда не уйдет

развернул по комнате вещи

и паруса
глотаешь микстуру пачками

боишься уснуть
придет с железными пальцами

оторвет язык
будешь бабачить гукать

глаголы трепать

тузиком грелкой единственным

подкидным
то ли зароешь дыхание то ли

найдешь
поселилась в доме яков петрович

говорит
врет наверное слишком женская

слишком твоя

 

 

Екатерина Келлер

 

Гость


Он из дождя приходит,

задерживается в дожде,
снимает плащ, вешает

плащ в прихожей,
проходит в свет. Ждет, пока

свет пройдет –
внезапный, резкий, как первое

узнаванье,
как вспышка любви. Соглашается

выпить, пока
на кухне будет готовиться ужин.

После
будет сидеть, уставившись

в темноту –
хозяева спят. Слушает и

не слышит,
как облака плывут в свой

заветный порт,
как дождь собирает силы

в верхушках леса,
как кто-то прячет под теплой

подушкой сны –
кто-то, кого он долго

и трудно помнил.

Наутро все в солнце. На чужом

языке
он обратится к хозяевам, будет

болтать о погоде,
указывать вдаль, в окно, на

сосновый лес,
с веселой усмешкой подмигивать

сыну хозяйки.
К нему он обратится на

своем языке,
уверенно освобождая от перевода
слова и понятья.
        Они выходят во двор,
на свежее солнце. И, кажется,

мир их слышит –
сегодня, всегда,– и кажется,

нет границ
у синего неба – сплошные

синие пятна
сквозь кроны деревьев. Он держит

на соснах взгляд,
он щурится на высоту, ее

безрассудство –
сегодня он вправду чувствует

силу слов.
"Лукас, бросай мяч!"
И Лукас бросает мяч.

 

 

Дмитрий Коломенский

 

* * *

Воскресный вечер. Холод. Недосып.
В крови дремота. В поднебесье сыпь.
В ходу ушанки из друзей Мазая.
Из-под ногтей раздавленного льда
Сочится охлажденная вода
И тут же стекленеет, замерзая.

Дымы, дымы – белесые столбы –
Расплющивают о пространство лбы.
В окне гнездится недобитый стоик
И слушает, что в мире говорят,
Ведь если замерзает звукоряд,
То ни на что надеяться не стоит.

Всю вечность – как простуда,

как облом –
Мороз торчит в окне стальным колом,
Не ощущая силы притяженья.
Как нанизать слова на этот шест?
Как описать отсутствующий жест
И вычленить из времени движенье?

Медведи спят, машины спят, дома.
Я тоже сплю, чтоб не сойти с ума,
Лежу себе, Обломова навроде,
Соплю и между тем не дую в ус.
Но если я когда-нибудь проснусь,
То вряд ли что изменится в природе.

 

 

Николай Сулима

 

Светофоры

 

светофоры моргают друг другу
будто карточные шулера
тошно мне
людоедка-вьюга
белой дверью гремит с утра
крутит пуговицы
пихает
рвет в лоскутья последний флаг
так любовь моя подыхает
не отмучается никак

 

 

 

Дмитрий Легеза

 

cтарое зимнее чуть книжное


так убить пересмешника,
так мэлвилл и через лужи,
так дядя том перед смертью
молвил: – o, bitch’er стоу

так девочка и подснежники,
солдат оловянной ложки
подвиги дикасэндьи,
сойеровы истории

так в ранних семидесятых
живут мои могикане,
так в поздних семидесятых
ланкастер идет на йорка

суок закрутила сальто,
зима кружит близ диканьки,
нет фрейда и нет де сада,
еще не приходит санта
и ярко звезда на елке

 

 

Александр Даган

 

***

Ночь царит наверху – день остался на дне.

Возвращаюсь домой, побывав на войне.

Ни свечи, ни просвета в бетонной стене.

Лишь картины Малевича в каждом окне.

 

Я достану ключи – то ли горсть,

то ли гроздь.

Пару крыльев повешу в прихожей

на гвоздь,

И пройду всю ночную квартиру

насквозь,

В лоб целуя детей невесомо

и вскользь.

 

Только если коснувшись губами

лица,

Я случайно во сне потревожу

птенца,

Мне придется присесть и шептать

без конца:

«Не пугайся, малышка,

 я призрак отца!

 

 

Сергей Артемьев

 

домино

глупая такая игра
в домино с доминикой

в доминиканской республике
он привычно выкидывает номера
она перебирает кости на публике
он не любит пустышек она пустоту
и каждый ход что ворочать глыбу
мы играем не теми не там не ту
не играем точнее а чистим рыбу

 

 

Данил Файзов

 

***

Полетят самолетики в лужицу

упадут
день такой продленный что

боже ты мой
ничего не добавить к моему стыду
Что добавить к математике

неземной

что отнять от физики
от звонка к звонку
что техничка скажет прогульщику
если форма школьная дурачку
так идет как троечка пятачку

прописные истины говоря
еле-еле дожили до сентября

 

 

Евгения Риц

 

* * *

В каком-то небе женщина

и мужчина

плачут за нас двоих,

В городе время года наступает

раньше почти на час,

И слово, одно из самых простых,

Выговаривается из нас.

Износилось, но как ему оставаться

там, внутри,

Если оно - не дождь, не снег, а другие,

неназванные осадки?

Не уста, но устье ему отвори,

А все остальные - твои, мои –

растворятся сами в сухом остатке.

Мы его уже говорили два дня назад,

И три дня назад, и делали то же самое,

что говорили,

А голые городские деревья - не парк,

не сад -

Прямо в окно распускали гривы.

А женщина и мужчина в воздухе

и в окне,

Не знающие по-русски ни времени,

ни пространства,

Выпускали из длинных глаз своих

двояковыпуклые огни,

Поскольку другие не стоило и стараться.

 

 

 

1Содержание

Новости и Объявления

Обьявления

На сайте были опубликованы обязательные требования к авторам "Нового Берега".

На нашем сайте публикуются В ПОЛНОМ ОБЪЕМЕ романы и повести, фрагменты которых опубликованы в Журнальном Зале.

Новости

Новый номер на сайте

Сегодня был опубликован 65й номер журнала.

2019-06-13
Новый Номер

Сегодня был опубликован 64-ый выпуск нашего журнала.


В связи со скорым закрытием Журнального Зала, все дальнейшие публикации журнала будут происходить исключительно на нашем сайте.

2019-05-13
Новое на сайте

Сегодня был опубликован 63-й номер журнала.

2019-04-29