Добро Пожаловать

Феликс Чечик

 

 

Стихи


***
С годами мы стали
похожи, как брат и сестра.
Осенние стаи!
И нам собираться пора!

Смешные пожитки?
Прекрасные, наверняка!
И лунные слитки
отксерит ночная река.


***
К. К.

выйти в русское поле
где ночная звезда
и мечтать о запое
завязав навсегда

где безлюдная замять
где есенин и блок
и с размаху на память
разрубить узелок


***
Не первый, но очень надеюсь, что не
последний на этой последней войне,
всё чаще я в гуще событий,
а не наблюдатель извне.

И слева стреляют, и справа пальба,
галера под парусом не для раба,
и мирное небо увидеть,
по-видимому, не судьба.

Судьба – закадычных друзей хороня,
безжалостно время коснётся меня,
не может оно не коснуться
на линии жизни-огня.

Но слышу, но вижу: безгрешен и сир,
рождается в муках мучительный мир,
что выше любого Памира...
И двоечник лижет пломбир.


***
заливается смеется
выпив рюмку выпив две
носовой платок от солнца
у него на голове

праздник моря праздник гвалта
праздник жизни без конца
общий крым чужая ялта
предпоследний год отца


***
Тунгус, и друг степей калмык.
А.П.
Хорошо, если несколько стих., но скорее всего, что одно,
а возможно, совсем ничего: так-то, брат, так-то, друг –
пусть не марочное, но вино
станет уксусом вдруг.

Вдруг? Не вдруг, а в течение лет, душегуб-однолюб.
Похмелись перед тем, как уйти в беспробудный запой,
где Эвтерпа, как палец у губ.
– Пой, залетная, пой!

Бесконечные ночи впотьмах, бессловесные дни.
Пустота городов обезлюдевших и деревень.
Не побрезгуй, потомок, макни
в этот уксус пельмень.


***
Не «ластик», а «стёрка», –
за ластик могли по рогам.
Из памяти столько
не стёрлось – пасибо врагам.
Друзья, как ни странно,
в тумане – в тумане и ты.
Сквозь морок тумана
едва проступают черты.
Неведенье сзади,
а рядом – прекрасная смерть.
Застряли в тетради,
и ластикам нас не стереть.


***
1

Плавниковых крыльев шелест,
на мгновенье задержись.
Это осень. Это нерест.
Это смерть и это жизнь.

И обратно, как под током,
плавниками шелестя,
возвращение к истокам –
поколение спустя.

2

переступая через
и наступая на
лосось идет на нерест
пока стоит луна

пока мелькают лица
столетьям не в пример
где память нерестится
и плачет браконьер


Памяти Ар.Т.

Безделица, пустяк
и ни за что ответчик –
у тишины в гостях
стрекочущий кузнечик.

Играй, скрипач, играй,
выпиливая звуки,
для тех, кто видит край
и поседел в разлуке.

Тоску-печаль развей,
не замечая даже,
на скрипочке своей
в зелёном камуфляже.


***
не сворачивая прямо
вдоль по пушкинской пока
не упрёмся в мандельштама
бесконечность тупика
что ему земная слава
что безмолвие в груди
яма слева яма справа
и надежда впереди


***
С увеличительным стеклом
рассматривать Дега.
Бездумно думать о былом,
где долгие снега.

И невозможное суля,
запечатлеет взгляд,
как в снежных пачках тополя
на цыпочках стоят.


***
Доживи до моих, –
если сможешь, конечно,
новогодних шутих,
несмотря, что бесснежно.

До моей доживи
в день январский и летний,
неизменной любви
и, надеюсь, последней.

Доживи, не спеша,
отдыхая от гонки,
чтобы пела душа
в поседевшем ребёнке.

Из последних держись, –
не пасуй, не сдавайся:
беспробудная жизнь
в ритме белого вальса.


***
Тому, кто вырвался из тлена
(и холодно и горячо!)
ночное море по колено,
морское небо по плечо.

Питаясь прошлым, как рябиной
предновогодний воробей,
они тоскуют по любимой
недолговечности своей.


***
Реже листья. И всё тише-тише
время в лесопарках сентября.
Написать об этом восьмистишие,
как отредактировать себя.

Не болтать и меньше суетиться,
и парить, как облак, невесом,
чтобы только говорила птица
и редактор Виктор Фогельсон.


Туда и обратно

1

Представляешь, я из дому вышел
и уже не вернулся назад.
Обживаю черешен и вишен
навсегда бело-розовый сад.

Никого не виня и, конечно,
не жалея уже ни о чём,
прописался, где вишня, черешня
говорят на весеннем с грачом.

И, дождем обмывая прописку,
и с утра принимая на грудь,
я совсем не скучаю по Пинску.
Ну ни капельки. Только чуть-чуть.

2
Я состоял в обширной переписке
всю жизнь свою, а может быть, и две,
с каштанами в потустороннем Пинске,
и с пухом тополиным в синеве.

Я радовался как дитя – ещё бы! –
я жил лишь ожиданием письма,
и, получив июньские сугробы,
я был от переписки без ума.

И вожделея как небесной манны
(и этим ожиданием храним),
я наконец-то получал каштаны
и листья, наконец-то заказным.

Я прошлым жил и не жил настоящим,
и времени боялся как огня;
почтовый ящик – лишь почтовый ящик
спасал от одиночества меня.


***
Пусть жили мы с тобой на разных скоростях,
но шарик голубой как «музыка на ребрах»,
не умолкая, пел у вечности в гостях
со скоростью любви и соловьев надгробных.

Где наши «33» и наши «45»,
уже не говоря про вечные семнадцать?
Но шарик как винил – и снова, и опять
летит по часовой, и стрелке не угнаться.

***
с жизнью играли
не зная предела и горя
были горами
а стали песочком у моря

небо с овчинку
рассветного солнца личинка
где на песчинку
глядит золотая песчинка


***
Макулатура
и металлолом.
Пусть небо хмуро
и в любви облом,
и мухой время
в дебрях паутин...
Спасём деревья,
в космос полетим!
Сергей и Юра
курят за углом.
Макулатура
и металлолом.
Фальстарт забега.
Фотофиниш звезд.
За Гутенберга
с Фёдоровым тост!
Кровати ржавой
музыка пружин.
Горды державой,
листьями дрожим.
Не пуля-дура,
я застрял в былом.
Макулатура
и металлолом.
И душат слёзы
жизни водосток...
Поют берёзы!
Стартовал «Восток»!

1Содержание

Новости и Объявления

Обьявления

На сайте были опубликованы обязательные требования к авторам "Нового Берега".

На нашем сайте публикуются В ПОЛНОМ ОБЪЕМЕ романы и повести, фрагменты которых опубликованы в Журнальном Зале.

Новости

Новый номер на сайте

Сегодня был опубликован 65й номер журнала.

2019-06-13
Новый Номер

Сегодня был опубликован 64-ый выпуск нашего журнала.


В связи со скорым закрытием Журнального Зала, все дальнейшие публикации журнала будут происходить исключительно на нашем сайте.

2019-05-13
Новое на сайте

Сегодня был опубликован 63-й номер журнала.

2019-04-29